Сделать стартовой    Добавить в избранное   Главная   Архив номеров   Пишите нам!  
Разделы
 
Меню
 
Инфо-партнеры


















 
RSS / РСС
 
 


 
 
Обмен кнопками
получить код:
 
Введите слово для поиска :
Персона Золотая и озаряющая
Для Голды Меир политика была не столько искусством возможного, сколько искусством жить вместе

Она была дочерью плотника из Киева — и премьер-министром. Она была непримиримой, даже фанатичной и при этом очень человечной, по-старомодному доброй и внимательной. Она закупала оружие и хорошо разбиралась в нем — и сажала деревья в пустыне. Создавая и защищая маленькое государство для своего народа, она многое изменила к лучшему во всем мире. Она стала легендой нашего века, а может, и не только нашего. Ее звали Голда Меир. Она стала единственной женщиной в истории, подписавшей Декларацию независимости, первым послом Израиля в СССР, первым министром труда и социального обеспечения, первой женщиной-министром иностранных дел и, наконец, первой женщиной-премьер-министром.
Тридцать три голоса против тринадцати
…После полудня в субботу 29 ноября 1947 года в большом сером здании, в котором прежде помещался закрытый каток, в городе Флашинг-Медоу, штат Нью-Йорк, собрались делегаты 56 государств из 57, входивших в Организацию Объединенных Наций. Делегаты были призваны решить участь небольшой полоски земли на восточном берегу Средиземного моря. Эта полоска называлась Палестина. На сессии Генеральной Ассамблеи было внесено предложение разделить эту древнюю землю на два государства — арабское и еврейское. И таким образом покончить с длившейся уже тридцать лет борьбой между арабами и евреями за Палестину. Прения были краткими. Позиция сторон и суть вопроса были хорошо известны. Теперь оставалось подвести итог. Вскоре после пяти часов дня председатель сессии Генеральной Ассамблеи бразильский дипломат Освальдо Аранья ударил молоточком, возвестив уход с трибуны последнего оратора, и торжественно объявил о начале голосования. Клерк поставил перед ним небольшую корзину. В ней было 56 листков бумаги с названиями государств — членов ООН. Аранья протянул руку и медленно вынул из корзинки первый листок. Он развернул его, посмотрел на сидевших перед ним делегатов и произнес: «Гватемала!». В зале воцарилась мертвая тишина. А за тысячи километров от здания бывшего катка в Флашинг-Медоу, в Иерусалиме, в простом каменном доме на одной из улиц нового еврейского квартала, темноволосая женщина нервно дымила сигаретой и чиркала карандашом на лежащем перед ней листе бумаги. Нынешний вечер был апогеем ее жизни и борьбы, оправданием всего ее существования. Не расставаясь с сигаретами и выпивая одну чашку кофе за другой, она отмечала на листе каждый поданный в ООН голос, приближавший осуществление мечты всей ее жизни.
Звали женщину Голда Меир. Наконец прозвучали слова: Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций тридцатью тремя голосами против тринадцати при десяти воздержавшихся проголосовала за раздел Палестины. Глаза Голды Меир, отдавшей столько сил ради того, чтобы эта минута наступила, наполнились слезами.
«Бороться столько, сколько понадобится»
Четвертый премьер-министр Государства Израиль Голда Меир родилась сто одиннадцать лет назад, 3 мая 1898 года в Киеве, где ее отец Моше Ицхак Мабович работал столяром. Ее назвали Голдой (в переводе с языка идиш — золотая) в честь прабабушки, на которую она была поразительно похожа.
Вспоминая о детстве, она писала в автобиографической книге «Моя жизнь», что радостных или хотя бы приятных моментов в детстве было очень мало. Эпизоды, которые она помнила все последующие годы, связаны большей частью с мучительной нуждой, в которой жила ее семья, бедностью, голодом, холодом и страхом о погромах. Спустя 70 лет, когда Папа римский Павел VI во время личной аудиенции сказал, что в политике Израиля не хватает сочувствия, Голда Меир выразила горячее несогласие. Она напомнила ему о преследованиях евреев в христианских странах и добавила: «Ваше Преосвященство, знаете ли вы, что стало самым ранним моим воспоминанием? Погром в Киеве. Когда мы были сочувствующими, когда мы не имели родины и были слабыми, нас вели в газовые камеры».
В 1915 году в Америке, куда переехала семья Моше Мабовича, Голда вступила в партию Поалей Цион (Рабочие Сиона) и быстро завоевала популярность благодаря своему незаурядному ораторскому таланту, выступая как на идиш, так и английском. Это стало ее первым шагом по дороге на Землю обетованную. А политиком Голда стала уже в Палестине в 1928-м. Первый раз она проявила характер, когда вопреки желанию родителей решила стать учительницей. Родители считали, что прежде нужно думать о замужестве, а затем о профессии. Второй раз — когда мама все-таки подыскала завидного жениха, чуть ли не вдвое старше ее. Она хлопнула дверью и уехала к сестре в Денвер. Там она пришла к мысли, что только в собственном государстве евреи смогут обрести подлинную свободу и независимость и быть народом — не в среде, а среди других народов. Для того, чтобы осуществить эту идею, нужно было самой из благополучной Америки уехать в малярийную Палестину. Что она с присущей ее характеру твердостью и сделала. В июле 1921 г. вместе с мужем Моррисом Меерсоном Голда ступила на святую землю. Благодаря уму, воле и характеру Голда вошла в политическую элиту.
В 1933 году к власти в Германии пришел Гитлер. Когда началось «окончательное решение еврейского вопроса» и дым Дахау достиг берегов Палестины, Голда помогала тысячам и тысячам беженцев от «коричневой чумы», поглотившей Европу, обустраиваться на новом месте. Трудно было всем: и тем, кому помогали, и тем, кто помогал. Но эта женщина не признавала слабостей. Сделанная как будто из железа, она считала, что существуют только два способа решения национальных проблем: «Один — рухнуть, сдаться и сказать: «Тут ничего не поделаешь». Другой — стиснуть зубы и бороться… Бороться столько, сколько понадобится». Из этих двух способов Голда-политик, Голда-человек всегда выбирала второй. И всегда убеждала соотечественников делать то же самое.
Госпожа посол
29 ноября 1947 года Генеральная Ассамблея ООН проголосовала за создание на территории Палестины двух государств — еврейского и арабского.
Советский Союз признал новое государство вслед за Соединенными Штатами. Голда никогда не думала о своем возвращении в Россию. Тем более в качестве посла. Она покинула страну, когда ей было 8 лет. И вернулась, когда ей было 50. Уезжала из России царской, а приехала в Россию советскую. Новая должность ее не прельщала, но у государства не хватало опытных людей для дипломатической работы. И она согласилась. Чувство долга, как всегда, перевесило все остальное.
После официальной церемонии вручения верительных грамот она посетила синагогу — единственное место, где можно было непосредственно общаться с московскими евреями. Посещение не прошло незамеченным. Перед праздником Рош-а-Шана известный писатель и журналист Илья Эренбург со страниц органа ЦК КПСС газеты «Правда» разъяснил «городу и миру», что если бы не добрая воля товарища Сталина, то никакого бы еврейского государства не существовало. Что создано оно для евреев капиталистических стран, где есть антисемитизм, а не для евреев Советского Союза, где антисемитизма нет. Но многие советские евреи призыву не вняли и под свой праздник заполнили всю улицу перед синагогой, приветствуя посла Государства Израиль. Не в ответ ли на этот вызов в стране развернулась очередная антисемитская компания?
За то недолгое время, что Голда провела в Москве, ей все же удалось наладить дипломатические отношения между двумя странами. Советский Союз порвет их в июне 1967-го, во время Шестидневной войны. Войны, о которой Голда Меир сделала такую запись в своей книге: «…Я пошла к Стене вместе с группой солдат. Перед Стеной стоял простой деревянный стол, а на нем — пулемет. Парашютисты в форме, с талесами на плечах приникли к Стене так тесно, что, казалось, их невозможно от нее отделить. Они со Стеной были одно целое. Всего за несколько часов перед тем они отчаянно сражались за освобождение Иерусалима и видели, как во имя этого падали их товарищи. Теперь, стоя перед Стеной, они закутались в талесы и плакали, и тогда я взяла листок бумаги, написала на нем слово «шалом» (мир) и засунула его в расщелину, как делали евреи давным-давно, когда я это видела. И один из солдат (вряд ли он знал, кто я такая) неожиданно обнял меня, положил голову мне на плечо, и мы плакали вместе. Наверное, ему нужны были передышка и тепло старой женщины, и для меня это была одна из самых трогательных минут моей жизни».
Когда речь шла о мире на Ближнем Востоке, бескомпромиссная Голда Меир была готова на многое. Она хорошо понимала, что политика — это не только искусство возможного, это еще искусство жить вместе. Особенно, когда речь идет о евреях и арабах. Постоянным желанием Голды Меир, после того, как она стала премьер-министром, был мир с соседями. В 1970 году, выступая в Кнессете, она заявила: «Ради того, чтобы добиться мира, я готова ехать куда угодно, в любое время, встретиться с любым официальным руководителем любого арабского государства».
Другая война
В 1973 году начнется другая война (после которой Голда Меир сойдет с политической сцены, где играла видную роль на протяжении многих десятилетий). Война началась 6 октября — в самый священный для евреев день Йом-Кипур.
Она сделала все, чтобы предотвратить эту войну. Но обстоятельства были сильнее ее. Та война также окончилась для Израиля победой. Но слишком дорогой победой, к которой как нельзя лучше подходит меировский афоризм: «У нас было секретное оружие — отсутствие альтернативы». Вскоре после перемирия была создана комиссия Шимона Аграната. Он возглавлял Верховный суд, и ему было поручено выяснить причины неудач Израиля в начале войны. Общество требовало разобраться в ошибках и просчетах, допущенных властью. Многие считали, что Голда Меир и министр обороны Моше Даян должны уйти. Несмотря на резкую критику партии, Голда вновь набрала большинство голосов и вновь получила возможность сформировать правительство. Но ей это уже было не нужно. Противостоять потоку обвинений, а временами и беззастенчивой клеветы, не имело смысла, она считала, что лучше потерять власть, нежели лицо. И хотя в отчете Аграната говорилось, что в самые трудные дни премьер-министр Государства Израиль проявила хладнокровие, выдержку и самообладание, что в принятии решений руководствовалась разумом и здравым смыслом, она ни на йоту не изменила своему железному характеру и в июне 1974 г. подала в отставку. И ее знаменитая «политическая», а на самом деле вполне реальная кухня, где она принимала важнейшие решения, становится частью истории.
Историей становилась и встреча между ней (как сионистским лидером) и королем Иордании Абдаллой, состоявшаяся в ноябре 1947 года на границе, на южном побережье Тивериадского озера. Абдалла сказал, что если спорный план раздела будет одобрен ООН, он примет еврейское государство и присоединит к Иордании территории, выделенные для арабов. Однако в последующие месяцы оказалось, что Иордания намеревалась в союзе с Египтом, Сирией и Ираком оккупировать всю Палестину после окончания действия английского мандата. 10 мая 1948 года Голда вновь отправилась на встречу с королем Абдаллой, чтобы предотвратить надвигавшуюся войну. Когда друзья предупредили ее, что она может погибнуть, Меир ответила: «Я готова пойти в ад, если это даст шанс спасти жизнь хотя бы одного еврейского солдата».
С экспертом по арабским делам Эзрой Даниным она пересекла ночью границу и была доставлена в автомобиле в Амман в королевский дворец. Они замаскировались под арабского купца и его жену, накрытую паранджой. У них были фальшивые документы, которые дали возможность пройти военные посты, встречавшиеся по дороге. Во время встречи Абдалла дал четко понять, что он связан обязательствами, и ему необходимо присоединиться к арабскому нападению. Прощаясь, король спросил, почему она с таким нетерпением борется за независимое государство. В своей неподражаемой манере Меир ответила: «Я не думаю, что две тысячи лет ожидания можно воспринимать как большую спешку». Она сказала Абдалле, что будет война и что Израиль в ней победит. Позднее в своей книге она напишет: «Это была величайшая наглость с моей стороны, но я знала, что мы должны победить».
Самый плодотворный период
В 1956 году Бен-Гурион назначил Голду министром иностранных дел. К этому времени она укоротила свою фамилию Меерсон на еврейское имя Меир (в переводе с иврита — озаряющая). Когда журналисты задавали ей вопрос, как чувствует себя женщина в должности министра иностранных дел, она отвечала ядовито: «Откуда мне знать? Я никогда не была мужчиной в должности министра иностранных дел».
С некоторым страхом взяла она на себя эти обязанности. Ведь это был период, когда на Ближнем Востоке начался Суэцкий кризис. Она принимала участие в теневой дипломатической деятельности до арабо-израильской войны на Синайском полуострове, совершила секретную поездку в Париж для встречи со своим французским коллегой Кристианом Пино. После начала боевых действий она приехала в Нью-Йорк и возглавила израильскую делегацию в дебатах ООН, которые растянулись на несколько месяцев. Англо-французская экспедиция не состоялась, а Израиль остался один на один с ООН, требовавшей немедленного вывода израильских войск из Синайской пустыни и сектора Газа.
Те девять лет, что Голда Меир занимала должность министра иностранных дел, она оставалась самой собой даже на этом дипломатическом посту. По натуре упрямая, прямая, временами вспыльчивая, она с трудом переносила выполнение требований протокола, с его обменом уклончивыми дипломатическими фразами и игрой слов в резолюциях ООН. Большинство вопросов для нее были вопросами морали: справедливости и несправедливости, правоты и неправоты. Такой подход к дипломатической службе был неудобен для других министров иностранных дел, прошедших подготовку в профессиональных традициях европейской дипломатии.
Это было десятилетие быстрой деколонизации Черной Африки, где одна страна за другой становились независимыми и были приняты в ООН. Меир идентифицировала себя с этими угнетенными народами, чувствовала, что обязанность Израиля помочь им. Она совершила несколько визитов в Африку, и ее теплое человеческое участие произвело огромное впечатление в тех странах, которые она посетила. Она способствовала разработке различных программ помощи Африке и создала специальный департамент в Министерстве иностранных дел для осуществления этих программ.
«Наша судьба не будет определяться другими»
К концу 1965 года здоровье Голды ухудшилось — сказались бесчисленные поездки, психологические нагрузки, вечная спешка, общая усталость. Решив, что лучше быть полностью бабушкой, чем полуминистром, она подала в отставку, продолжая оставаться членом Кнессета. Ей исполнилось 67 лет, позади была жизнь, полная напряженной работы и ответственности. Она чувствовала усталость, но главное — чувство вины за то, что мало уделяла внимания семье. Но такая жизнь продолжалась всего один месяц. Она была избрана генеральным секретарем Рабочей партии, которую раздирали распри, и ее соратники чувствовали, что только Голда сможет восстановить единство.
В феврале 1969 года премьер-министр Леви Эшкол внезапно скончался от сердечного приступа. Для того, чтобы избежать борьбы за власть внутри партии, за 8 месяцев до следующих всеобщих выборов было предложено назначить Голду премьер-министром. Правда, высказывались сомнения, разумно ли взвалить такой груз на больную 72-летнюю женщину.
17 марта того же года она была единодушно избрана главой правительства. В своей официальной речи Голда сказала: «Наша судьба не может и не будет определяться другими». К общему удивлению, она приняла вызов с новым энтузиазмом. За короткое время полностью вошла в курс дела, ее авторитет был непререкаем в Кабинете министров и в стране. Неудивительно, что и сторонники, и противники сочли само собой разумеющимся, что она будет продолжать возглавлять правительство. Это было время для сильного, но разумного управления. Соглашение о прекращении огня было заключено, но на границах часто возникали конфликты. Правительство Голды поддерживало боеспособность страны, искало пути мирного урегулирования. Но миру оставалось быть недолго.
Голда Меир всегда верила, что сила важна как для стран, так и для людей. И без своей внутренней силы она не смогла бы работать с такой энергией. Во время войны Судного дня ей было далеко за семьдесят, но она никогда не покидала офис более чем на час. Она спала едва ли четыре часа в сутки, иногда задремав прямо за рабочим столом.
На пятый день войны, когда израильская армия несла потери и, казалось, что разгром близок, она позвонила госсекретарю США Генри Киссинджеру среди ночи. Его секретарь ответил: «Сейчас полночь, подождите до утра». Меир сказала: «Меня не заботит, который теперь час. Нам нужна помощь сегодня, потому что завтра может быть слишком поздно». Киссинджеру пришлось встать к телефону. Сила и уверенность Голды сделали свое дело: американский воздушный мост заработал как раз вовремя, чтобы спасти и битву, и нацию. Эта неунывающая 75-летняя женщина еще раз использовала свой бескомпромиссный дух, чтобы спасти своих соотечественников. Ее положение как лидера Рабочей партии осталось неизменным к выборам в Кнессет в конце 1973 года.
Меж двух миров
Пройдут годы и наступит день, когда Бен-Гурион скажет о ней: «Она — единственный настоящий мужчина в моем правительстве». «Это для меня не комплимент», — ответит на это Голда. Наверное, по-настоящему она любила только свою мечту. Благодаря ей Голда всю жизнь находилась как бы меж двух миров — в детстве между погромом и страхом перед ним; потом — между миром мужчин и миром женщин; материнским чувством долга, ролью жены и хозяйки дома с одной стороны и народного избранника — с другой; между войной, миром и снова войной. Ее называли Золотой девушкой сионистского движения, а у нее зачастую не было электричества, газа, персонального телефона, большую часть своей жизни она спала на кушетке. Она приказывала будить себя в любое время ночи, получив сообщение о гибели израильского солдата. Она могла плакать, когда не было еды, но никогда не задумывалась, когда приходилось с хладнокровным спокойствием противостоять вооруженным мужчинам.
Когда незадолго до второй мировой войны арабы присоединились к гитлеровской оси, Меир отправилась в путешествие, произнося речи, призванные убедить ее юных соотечественников присоединиться к Британии. Преодолев все трудности, она совершила величайшее чудо в истории долгой борьбы Израиля за независимость. Используя свою харизму, свой магнетизм, свою неистощимую энергию, она собрала за три месяца $50 миллионов. То, что она сделала, можно оценить, лишь если принять во внимание, что тогда, в 1947-м, сумма в $50 миллионов в три раза превышала доходы от годовой добычи нефти в Саудовской Аравии. Когда она вернулась, потрясенный Бен-Гурион сказал: «Когда-нибудь, когда история будет написана, там обязательно будет упомянуто, что была такая еврейская женщина, которая достала деньги, сделавшие наше государство возможным».
И по отношению к людям Голда зачастую вела себя типично по-женски. Ее оценка людей нередко основывалась на иррациональных ощущениях, на природной интуиции. И опять-таки, раз вынесши суждение о том или ином человеке, она меняла его с колоссальным трудом. Один только факт, ярко свидетельствующий о ее характере. Когда в 1972 году палестинские террористы захватили в заложники израильских спортсменов, она решительно отвергла мнение о принятии условий террористов: «Если мы один раз это сделаем, ни один израильтянин в мире не будет чувствовать себя в безопасности». Она предпочитала выступать прямо и откровенно, обладала редким даром видеть мир в черно-белом свете, без всяких полутонов, которые только мешают в политике принимать быстрые и решительные меры.
Голда Меир еще успела застать заключение первого арабо-израильского мирного договора — кемп-дэвидских соглашений. Незадолго до этого, во время первого визита египетского президента Анвара Садата в Израиль, она, которой принадлежит фраза «пессимизм — это роскошь, которую евреи не могут себе позволить», сказала: «Я хочу, чтобы даже такой старой леди, как я, довелось пожить во времена мира между нами и вами».
Голда Меир умерла 8 декабря 1978 года. Ее похоронили на горе Герцля в Иерусалиме.

Галия АЛИЕВА
TEXT +   TEXT -   Печать Опубликовано : 25.04.09 | Просмотров : 3511

Архив материалов
Выбрать год
Выбор месяца
« Ноя.2017»
Пн.Вт.Ср.Чт.Пт.Сб.Вс.
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
 
Новости партнеров
 

© 2017 www.azerizv.az. Powered by Danneo

Адрес редакции: г.Баку, ул. Шарифзаде, 3. Телефон для справок: 4973424. Тел./факс: 4973125. E-mail: izvestia@azeurotel.com