Сделать стартовой    Добавить в избранное   Главная   Архив номеров   Пишите нам!  
Разделы
 
Меню
 
Инфо-партнеры


















 
RSS / РСС
 
 


 
 
Обмен кнопками
получить код:
 
Введите слово для поиска :
Главная Тамара СИНЯВСКАЯ, народная артистка СССР:«В Казани Муслим чуть не сорвал мой спектакль»


В минувшие выходные в Казани побывала легендарная певица, народная артистка Советского Союза Тамара СИНЯВСКАЯ. Она стала почетной гостьей вечера «Любовь моя — мелодия», посвященного 75-летию ее мужа Муслима Магомаева. Концерт состоялся на сцене Татарской государственной филармонии им. Г.Тукая. Самые любимые песни из репертуара Муслима Магомаева прозвучали в исполнении Государственного оркестра народных инструментов РТ под управлением Анатолия Шутикова и молодых солистов из Москвы, Баку и Казани. А после концерта Тамара Ильинична СИНЯВСКАЯ дала интервью газете «Казанские ведомости».




— Тамара Ильинична, вы ожидали, что 75-летие Муслима Магомаева будет праздноваться так широко?
— Это очень приятно, что Муслима помнят и в России, и за рубежом. Буквально несколько дней назад я прилетела из Дюссельдорфа. Там азербайджанская диаспора тоже провела концерт, посвященный его дню рождения. Вечер был организован на самом высоком государственном уровне. А три дня назад мои студенты подготовили удивительный сюрприз — они устроили четырехчасовой вокальный марафон. В их исполнении звучали песни Муслима. Это было так трогательно, так душевно... Я с большой благодарностью отношусь к тому, что они знают, любят и исполняют песни Муслима Магомаева.
— В одном интервью вы рассказывали, что с Казанью у вас связана романтическая история. Вы исполняли здесь партию Любаши в «Царской невесте», а Муслим Магомаев чуть не сорвал спектакль...
— Был такой эпизод. Странно, но никак не могут найти документального подтверждения моего участия в казанской «Царской невесте». Но это было. Мы тогда не были мужем и женой, а только встречались. Муслим, как он говорил, пролетая над Казанью, случайно оказался в вашем оперном театре. На самом деле у него было выступление где-то недалеко, и он решил завернуть в Казань, где у меня был спектакль, чтобы сделать мне сюрприз.

На начало спектакля Муслим опоздал, и когда он появился в ложе, зрители свернули головы — Муслим Магомаев!!! И всем уже было не до оперы, потому что они рассматривали своего кумира. Мне на сцену от Муслима вынесли громадную охапку гвоздик. Там было более 150 штук! Представляете, что это был за букет? Весь зал ахнул! Это один из самых запоминающихся романтических эпизодов в нашей жизни. И он произошел в Казани.
— А правда, что бабушка Муслима Магометовича была казанская татарка?
— Да. Практически она его в детстве воспитывала. Она обожала Муслима, и он ее тоже очень обожал. У меня есть ее фотография, которую Муслим бережно хранил. Очаровательная женщина.
— Муслим Магомаев был талантливым художником. Планируется открыть его галерею?
— Он много рисовал и лепил хорошо. Этот талант Муслим перенял от своего отца — театрального художника. Но сам себя он художником не считал. Просто ему нравилось рисовать, и он рисовал под настроение. Не пелось, не игралось — шел к мольберту. Надоедали кисти и краски — возвращался к роялю. Такой процесс шел у него постоянно. Картин много. Они находятся у нас дома, а копии — в мини-музее, который расположен в концертном зале имени Муслима Магомаева «Крокус Сити Холл».
— А в Баку музей Муслима Магомаева есть?
— Пока нет. Понимаете, там существует одна проблема — он полный тезка своего деда Муслима Магометовича Магомаева, известного композитора, дирижера, одного из основоположников азербайджанской классической музыки. В Баку есть улица, названная его именем, его имя носит Азербайджанская государственная филармония. И что, про Муслима писать: «Магомаев-младший»? В мой недавний приезд в Баку меня возили по городу и предлагали несколько мест, где можно установить памятник Муслиму. Сейчас там есть памятник на Аллее почетного захоронения, где он похоронен. Но в городе памятника нет.
— Сложно было осваивать новую стезю — преподавание вокала?
— Раньше никогда не работала педагогом. Когда заболел Муслим, я ушла из театра, потому что тогда была нужнее дома. Но меня стали «обстреливать» телефонными звонками, предлагая работу. И вот уже столько лет преподаю в ГИТИСе. Кстати, один из моих первых учеников у вас гастролировал. Его зовут Владимир — внимание! — Магомадов! У него очень красивый и редкий голос — контртенор. Любопытное совпадение — в Большом театре в опере «Руслан и Людмила» ему предложили партию Ратмира, которую когда-то исполняла я. Сейчас Владимир — приглашенный солист Большого театра и театра в Новосибирске.
— Вы пели мужские партии?
— Да, и их в моем репертуаре было немало. Мой голос — меццо-сопрано — низкий женский голос, поэтому могу петь практически все. Я была взята в театр на мальчиковый репертуар. Например, пела Пажа в «Риголетто». Там буквально три фразы, но я дрожала так, как будто пела Кармен. Был и Федор в «Борисе Годунове». Получилось так, что в «Годунове» я спела несколько партий — и мужских, и женских: от Федора перешла на Марину Мнишек. Не говорю уж про «Войну и мир», где 54 действующих лица, если не больше. Там тоже пришлось перепеть много персонажей.
— Тамара Ильинична, вы строгий педагог?
— Я? Я — нормальный педагог, который хочет помочь ученикам раскрыть их таланты. Конечно, приходится быть требовательной, но я всегда выбираю форму, как и что сказать студенту, чтобы резким словом, замечанием не подрезать ему крылья, чтобы он не потерял веру в себя.
Когда начинала преподавать, совсем не знала, что это такое. Мои мозги еще не были готовы для этой миссии. Мне было сложно не выдавать ученикам все, что я знаю и понимаю, за один урок. Постепенно постигла науку преподавания, научилась распределять свое время, энергию.
— Как относитесь к тому, что молодые талантливые ребята уезжают за границу и делают серьезную карьеру там?
— Сейчас времена другие, они едут завоевывать мир. Я ничего не имею против этого. Они за границей делают себе имя, получают известность и приезжают сюда уже на белом коне. И правильно делают!
— Сами продолжаете выступать?
— Я не выступаю. Человек поет тогда, когда у него свободны голова и мысли. Пение — это процесс внутренний. Вы согласны с этим? Выйти и просто спеть, а еще хуже — открывать рот под фонограмму — это не для меня. Поэтому, извините, не пою. Уже ровно девять лет с тех пор, как умер Муслим. Я не ломаюсь, не кокетничаю. Просто не могу. Распеваться дома — распеваюсь. Показывать студентам, как надо правильно петь, — показываю, но не более того. А на сцену выйти не готова.



Полный текст
на сайте kazved.ru

TEXT +   TEXT -   Печать Опубликовано : 07.10.17 | Просмотров : 88

Архив материалов
Выбрать год
Выбор месяца
« Окт.2017»
Пн.Вт.Ср.Чт.Пт.Сб.Вс.
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     
 
Новости партнеров
 

© 2017 www.azerizv.az. Powered by Danneo

Адрес редакции: г.Баку, ул. Шарифзаде, 3. Телефон для справок: 4973424. Тел./факс: 4973125. E-mail: izvestia@azeurotel.com