Сделать стартовой    Добавить в избранное   Главная   Архив номеров   Пишите нам!  
Разделы
 
Меню
 
Инфо-партнеры


















 
RSS / РСС
 
 


 
 
Обмен кнопками
получить код:
 
Введите слово для поиска :
Социум Без грифа «секретно»


Герой России Давид Пашаев — человек яркой,
успешной и очень достойной судьбы




Наш выдающийся соотечественник — легендарный гендиректор крупнейшего завода атомного подводного кораблестроения России (ПО «Северное машиностроительное предприятие», знаменитый «Севмаш»), Герой РФ Давид Гусейнович Пашаев — прожил удивительную жизнь: не только яркую и успешную, но и очень достойную, каким он был и сам. И именно об этом книга, выпущенная издательством «Азербайджан», автор которой, Георгий Заплетин, вполне мог назвать ее пусть и заимствованно, но очень емко — «Повесть о настоящем человеке». Но он предпочел менее пафосное — «Давид Пашаев. Без грифа «секретно». И был, конечно, прав.



Тунзаля КАСУМОВА

Люди, работавшие в советской оборонной системе, особенно руководители, оставались засекреченными до конца своих дней. Давиду Гусейновичу Пашаеву отчасти этой участи удалось избежать. Имя гендиректора легендарного «Севмаша» Россия узнала в постперестроечные времена. И прежде всего потому, что именно благодаря его усилиям и воле в те тяжелые, смутные времена удалось сохранить и завод, и 46-тысячный коллектив, и даже вывести уникальное предприятие на качественно новый уровень, за что и был удостоен звания Героя России и множества других правительственных наград. Тогда-то и появились и статьи в газетах, и интервью, а с избранием Пашаева в Общественный совет при президенте РФ его имя оказалось у многих на слуху. Правда, в России — не у нас. И не только потому, что большая часть его жизни протекла под грифом «секретно». Часто бывая в Баку, где жили его близкие — мать, сестры, брат и вся родня из знаменитого и многочисленного рода Векиловых, здесь, как, впрочем, и везде, он публично ни себя, ни свои заслуги никогда не афишировал.
Были, конечно, публикации и в наших газетах, «Азербайджанских известиях» в том числе, особенно посмертные. И все же, и все же… Восстановить справедливость, максимально полно рассказав о нашем знаменитом соотечественнике, и взялся Георгий Заплетин. В книге «Давид Пашаев. Без грифа «секретно» по крупицам собрана история жизни этого, без преувеличения, выдающегося сына своего народа.
И можно только представить, какой колоссальный труд стоит за этой работой. В ней собран огромный по информативности материал — через записанные им воспоминания членов семьи (сына Олега и дочери Мадины, внучки, сестер, других родственников), друзей, соратников и коллег, через публикации в СМИ, архивные документы, начиная с самых истоков — с генеалогического древа рода Пашаевых, восходящего к прадеду Давида Гусейновича, Юсиф беку из села Дашсалахлы, и, конечно, повествование самого автора. А предваряет ее предисловие президента России Владимира Путина, написанное четырьмя годами раньше не к этой, а к другой книге, изданной в Москве, название которой само за себя говорит — «Эпоха Давида Пашаева». И оно заслуживает того, чтобы привести его и здесь: «Давид Гусейнович Пашаев прожил яркую и в высшем смысле достойную жизнь. За годы работы на легендарном «Севмаше» внес огромный вклад в развитие отечественной судостроительной отрасли, Военно-морского флота. И всегда — как в начале профессионального пути, так и уже будучи опытным руководителем — оставался верен высоким нравственным принципам и идеалам.
Не раз встречался с Давидом Гусейновичем, видел, как много и напряженно он трудится, не боится брать на себя ответственность в решении важных государственных задач, настойчиво добивается поставленных целей, болеет за дело. Он никогда не отступал, стремился быть максимально полезным родному заводу, людям, своей стране. И по праву пользовался заслуженным уважением и большим, непререкаемым авторитетом — как блестящий специалист, как человек с безупречной профессиональной и личной репутацией».
В этих коротких строках российского президента — вся суть личности Пашаева, что становится предельно ясно по прочтении книги до конца, а детали биографии, пройденный им путь дают понимание ее масштаба.
Таким же был и его отец, Гусейн Пашаев, вот только обстоятельства жизни сложились иначе — они ему не оставили шанса в полной мере реализоваться. Выпускник Горийской семинарии, позже, уже в советские времена, получивший и второе образование в Бакинском политехническом институте как агроном-зоотехник, он был призван в армию и дослужился уже до командира дивизиона, когда по чьему-то навету был арестован и сослан в соловецкие трудлагеря. «Соловки», — пишут сегодняшние историки, — были опытным полигоном, где вырабатывались нормы и методы, позже широко примененные в ГУЛАГе. Организация работы и быта зэков, виды наказаний, изощренные приемы допросов и психологического подавления, режимы охраны, как расстреливать и прятать трупы, — вся эта машинерия зла изобреталась там. Масштабы полигона впечатляют. С 1920 по 1939 год, до его расформирования по приказу Берии, через Соловецкий лагерь особого назначения и связанные с ним карельские лагеря прошли без малого миллион человек. Лишь избранным посчастливилось вернуться».
Избранным оказался и Пашаев — в 1935-м он был досрочно освобожден. Вот как описывает эту историю в своей книге Георгий Заплетин. «Помог, как говорится, случай. На Соловках побывал с инспекцией всесоюзный староста М.И.Калинин. Во время обеда на стол подали свежие овощи. Он удивился и поинтересовался, каким образом их выращивают, и кто этим занимается. Михаилу Ивановичу объяснили, что все это организовал заключенный Пашаев, чтобы обитатели острова могли легче переносить цингу. Калинин затребовал его дело и после изучения сказал: «Такой человек не может быть врагом советской власти». Гусейна Пашаева вызвали к Калинину, и разговор с ним окончательно убедил Калинина в том, что этот образованный человек и толковый специалист может принести ощутимую пользу государству.
Гусейна Пашаева назначили агрономом в селе Осташево Московской области. Как и другие близлежащие хозяйства, совхоз обеспечивал продуктами строителей канала Москва — Волга». Иными словами, был освобожден, но не совсем, о чем свидетельствует и Почетная грамота, выданная ему в 1936 году:

«Выдана в день XIX годовщины
Великой Пролетарской Революции
руководством Мосволгостроя НКВД СССР
тов. Пашаеву Гусейну Казим
за самоотверженную ударную работу на строительстве канала Москва — Волга.
Зам. Нач. ГУЛАГА и Нач. Дмиглага
НКВД СССР, Зам. Нач. Строительства
Канала Москва — Волга
Старший майор Государственной
Безопасности     /С.Фирин/
Главный Инженер Строительства
Дивинженер    /Жук/».
Гербовая печать
№407
7 ноября 1936 г.»

НКВД своих арестантов из поля зрения не выпускал. И этот шлейф «Соловков» тянулся за Пашаевым еще долгие двадцать лет — до полной реабилитации. Но он не сломился, не спасовал, женился, растил детей и всегда работал, не жалея сил и труда — сначала в России, поднимал колхозы в Кировской области, а в последние годы, когда, затосковав, вернулся на родину, и в Азербайджане, где до последних дней возглавлял один из абшеронских совхозов.
Это удивительно ответственное, если не сказать, самоотверженное отношение к работе, делу, которым занимаешься, у Давида Пашаева, конечно, от него, от отца. Только ему, как считал сам Давид Гусейнович, еще и сопутствовала удача: «Мне просто повезло в жизни, потому, что сразу попал на лучший завод отрасли, мне в первый же день доверили ответственную работу по специальности и у меня были прекрасные учителя. Я сделал правильный выбор в жизни, и это позволило мне работать на самом уникальном производстве страны, стать участником создания самых современных атомных подводных лодок».
Удача, конечно, великое дело. Но для того, чтобы все в жизни сложилось, нужны, безусловно, и другие качества — талант, настойчивость и упорный труд. Только в этом случае возможно полностью реализоваться. Давид Пашаев смог. И именно об этом книга, посвященная нашему выдающемуся соотечественнику. Она, как уже говорилось, включает в себя и воспоминания о нем многих из тех, кто его хорошо знал — вместе работал или был связан с ним кровным родством. Многие из них следовало бы процитировать. Но в отсутствие газетного места приведем только одно. «Когда у атомного судостроения начался глубокий кризис, — вспоминает академик РАН Евгений Велихов, — стал рушиться оборонный заказ, необходимо было найти способ, как сохранить предприятие. И мы очень сблизились с Давидом Пашаевым на этом пути. Ведь «Севмаш» совершенно уникальное предприятие с точки зрения его технологических возможностей. В его цехах можно строить и платформы, и атомные станции, и термоядерные реакторы, практически целые заводы». И далее о том, каких невероятных усилий стоило Пашаеву не просто сохранить «Севмаш», но и пробить придуманное им второе направление его деятельности — строительство платформ для освоения северного шельфа. «Давид, — пишет Велихов, — довел дело до конца. Теперь движение платформы вперед уже не остановить. Вокруг нее накрутилась целая система, и она уже сама все снесет. Пашаев был из таких людей, которых называют «систембилдеры». Вот такие были в Америке. Сейчас их нет».
Таких воспоминаний, помогающих воссоздать портрет удивительного человека — Давида Пашаева, в книге немало. Все цитаты не приведешь — книгу нужно читать. А в конце хотелось бы сказать несколько слов и о ее авторе. Участник карабахской войны, член Пленума организации ветеранов войны, труда и Вооруженных сил Азербайджана, полковник милиции в отставке Георгий Павлович Заплетин — человек, если использовать фразеологию времен СССР, активной позиции. Но у этого советского штампа есть простой и понятный синоним — увлеченность. Это замечательное и, увы, далеко не всем присущее качество присутствует во всем, чем занимается Георгий Заплетин, но прежде всего в написанных им книгах — их у члена Союза писателей Азербайджана было девять. Нынешняя — «Давид Пашаев. Без грифа «секретно» — десятая по счету. И она, конечно, должна обрести и азербайджанского читателя.








«Это был подарок судьбы»
Фрагмент из интервью Давида Пашаева газете  «Правда Севера» (2006 г.)


— Давид Гусейнович, каким образом определился ваш жизненный путь?
— Я учился на энергетическом факультете Уральского политеха. В связи со строительством в стране нескольких атомных станций и развитием атомного подводного флота открыли в трех вузах, в том числе в Уральском политехническом, кафедры атомной энергетики. Я в то время учился на третьем курсе. Меня вызвал декан и предложил перейти на новую кафедру. Я согласился, потому что привлекала абсолютная новизна будущего, «непаханое поле». На душе у меня было хорошо: я считал, что мой выбор правильный. Жизнь показала, что это был подарок судьбы. Я защитил дипломный проект на отлично. Мне дали возможность выбирать из четырех вариантов, одним из них был «Севмаш».
— И почему вы выбрали «Севмашпредприятие»?
— Я сначала пошел в библиотеку, взял энциклопедию и прочитал о Северодвинске: такая-то флора, фауна, крупный судостроительный завод. Но не говорилось, что строят там атомные подводные лодки. Мне сказал об этом один из наших преподавателей. И в 1963 году, получив специальность «Проектирование и эксплуатация атомных энергетических установок», по путевке Госкомитета по судостроению я прибыл на «Севмашпредприятие». Мне в Северодвинске сразу понравилось... Поезд пришел поздно. Переночевал я в гостинице. Проснулся в начале восьмого утра и слышу какой-то шелест. Выглянул в окно — идет народ потоком, как на демонстрации.
— Люди шли к заводской проходной?
— Да. Плотно друг к другу. Причем это был только один из потоков, из новых районов города. Я не сразу догадался, что это рабочий класс идет на «Севмаш». А когда догадался, у меня появилось очень хорошее чувство уважения к заводу. Директор Евгений Павлович Егоров принял меня хорошо (у него была очень правильная практика приема всех молодых специалистов). Он мне предложил три варианта работы: помощником мастера в 50-м цехе, где строили первое поколение атомных подводных лодок, инженером-физиком в нашей лаборатории или инженером-оператором реакторных установок. Второй вариант я сразу «задробил». Подумал, что инженером-оператором не поздно будет стать, но сначала надо с материальной частью поработать.
На другой день меня принял начальник цеха Израиль Лазаревич Камай, легенда нашего завода, будущий лауреат Ленинской премии, мой первый учитель на «Севмаше». Он сказал, что выбор мой верный. Я стал помощником мастера на участке реакторных установок.
— Когда вы первый раз опускались под воду? Какие остались впечатления?
— Еще года работы не прошло, как Павел Васильевич Лапшинов, первый мой ответственный сдатчик, взял меня, мастера, в море. Первое погружение было не на очень большую глубину, позднее я и глубже опускался.
— На какой лодке впервые погружались?
— На атомной лодке первого поколения, 534-й заказ 675-го проекта. Когда лодка погружается на глубину, корпус (он ведь живой) сжимается, реагирует — Бум! Бум! Бум!.. Впечатляет. На максимальной глубине тебе наливают стакан чистейшей забортной воды — ты его выпиваешь, проходишь обряд посвящения в подводники. С тех пор пошло несколько лет: я работал сдаточным механиком, заместителем начальника цеха по испытаниям и сдаче кораблей флоту, начальником стапельно-сдаточного производства, главным инженером «Севмаша».
— Вы не подсчитывали, сколько кораблей построено с вашим участием?
— Я принимал участие в строительстве, испытаниях и сдаче Военно-морскому флоту атомных подводных лодок всех четырех поколений. С 1971 года началась массовая сдача кораблей. Рекорд — шесть лодок в год. Завод построил 128 атомных подводных лодок. 90-е годы были для нас очень тяжелыми, но и в то время мы сдавали от одного до трех кораблей. Самая уникальная АПЛ — головная лодка класса «Акула». На ней осваивалось новое оружие. Мы ее модернизировали в самые трудные годы — 90-е. Сегодня это «Дмитрий Донской».
— Строительство стационарных ледостойких платформ для добычи нефти и газа — идея «Севмаша»?
— Да. Эту идею подхватила вся отрасль.
— Несколько подробней, пожалуйста, о работе по освоению арктического шельфа.
— Вся отрасль присоединилась к работе по платформам — мы дали работу нашему основному проектанту «Рубину», центральному институту имени Крылова, институту материалов «Прометей». Именно «Прометей», «Севмаш» и металлурги Череповца создали низкотемпературные стали, из которых строится «Приразломаная». Ведь сами создали! И электроды сделали специальные, и варить научились эти хладостойкие стали, даже под водой! Несмотря на трудности 90-х годов, мы провели реконструкцию завода, чтобы можно было строить современные и лодки, и платформы. У нас используется одна и та же технологическая оснастка.
TEXT +   TEXT -   Печать Опубликовано : 12.10.17 | Просмотров : 130

Архив материалов
Выбрать год
Выбор месяца
« Окт.2017»
Пн.Вт.Ср.Чт.Пт.Сб.Вс.
      1
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
3031     
 
Новости партнеров
 

© 2017 www.azerizv.az. Powered by Danneo

Адрес редакции: г.Баку, ул. Шарифзаде, 3. Телефон для справок: 4973424. Тел./факс: 4973125. E-mail: izvestia@azeurotel.com