Сделать стартовой    Добавить в избранное   Главная   Архив номеров   Пишите нам!  
Разделы
 
Меню
 
Инфо-партнеры


















 
RSS / РСС
 
 


 
 
Обмен кнопками
получить код:
 
Введите слово для поиска :
Экономика и финансы Тимур СУЛЕЙМЕНОВ, министр национальной экономики Казахстана:«Баланс между политическим решением и его экономическим последствием тонкий и сложный»


Статистика 2017 года вроде бы оптимистична. Однако ощущения, что экономика Казахстана наконец-то нащупала твердую почву и уверенно адаптируется к постнефтяной эпохе, почему-то не возникает. Возможно, поэтому реальные доходы населения не растут, а тенге после недолгого весеннего укрепления вновь начал падать не только по отношению к мировым валютам, но и к рублю. И это при растущих ценах на нефть. Что обо всем этом думают в правительстве, Forbes Kazakhstan узнавал у министра национальной экономики страны Тимура СУЛЕЙМЕНОВА.



— Тимур Муратович, понятно, что ни одна госпрограмма или реформа не дает мгновенного результата. Однако прошло достаточно много времени с тех пор, как одним из приоритетов было заявлено привлечение иностранных инвесторов в недобывающие секторы экономики Казахстана. В чем дело, почему крупные иностранные инвесторы не идут в нашу обрабатывающую промышленность?
— На самом деле идут. В этом году реализуются восемь проектов на общую сумму $3,2 млрд. Ясно, что для того, чтобы запустить заводы, надо выкупить земельные участки, начать строительство, но об этом ничего не слышно, пока не начнется выпуск продукции. Поэтому многих вещей мы просто не замечаем: они реализуются сами по себе, без особых фанфар и без каких-то особых дополнительных мер по пиару. И это проекты именно с транснациональными корпорациями из Global 2000 (2000 крупнейших компаний мира, по версии Forbes). Мне кажется, мы спешим, хотим быстрых результатов и сравниваем с прошлым годом. А сравнивать надо пятилетними отрезками, как минимум. Потому что, например, тот поступательный рост, который мы видим сейчас в сельском хозяйстве, был заложен пять-семь лет назад.
— Беспокоит, что усилилась зависимость тенге от того, что происходит с российским рублем. Весной при цене Brent $52 у нас стоил 316 тенге, а в августе при той же цене нефти — 340 тенге. Причем начало падения тенге по времени многозначительно совпадает с принятием в США закона о новых санкциях против России. Что нам в такой ситуации ожидать, если сбудется прогноз российского Миннацэкономики и курс там дойдет до 68 рублей за доллар? Более того, когда рубль восстанавливается, тенге падает и к рублю. Что происходит?
— Однозначно, что есть корреляция между курсом рубля и тенге. И сокращение временных лагов, то есть сроков реагирования на то, что происходит с рублем, действительно есть. Абсолютно понятно, что это объясняется переходом на плавающий курс и в России, и у нас. Потому что, во-первых, это валюты схожих по структуре и зависящих от нефти и металлов государств, они и реагируют практически одинаково. Во-вторых, это валюты государств, которые образуют таможенный и экономический союз, и корреляция здесь, ясное дело, неизбежна.
— Возможно, девальвация была объективной необходимостью, но что при таком падении покупательной способности национальной валюты происходит с модернизацией экономики, для которой надо покупать оборудование и технологии за рубежом?
— Да, ослабление валюты вроде бы хорошо для экспорта. Но при этом у развивающихся стран с неполным комплексом производств всегда основным минусом является снижение способности закупать товары инвестиционного и технологического характера. Это, в свою очередь, снижает конкурентоспособность, и выигрыш от снижения курса валют постепенно, в течение двух-трех лет, теряется. Поэтому должны быть понятные инвестиционные субсидии. И они есть. Например, в сельском хозяйстве Казахстана инвестиционные субсидии на современную технику — до 30%. В промышленности тоже инвестиционных субсидий достаточно. То есть способы помогать модернизации финансово уже существуют.
— Основным драйвером экономического развития у нас теперь является государство. Как долго это может продолжаться? Нацфонд тает, нефть вырастет вряд ли. Вот и президент сказал, что пора прекратить его тратить. Что будет, когда поток государственных инвестиций резко снизится, не будет ли это очередным шоком для экономики?
— Объемы государственных вливаний, конечно, значительные, и когда смотришь на цифры, кажется, что именно они и делают погоду. Однако при этом соотношение государственных и частных инвестиций сейчас приблизительно 15% на 85%. Да, было когда-то 10% на 90%, но тогда была совершенно другая ситуация. То есть, несмотря на те огромные вливания, которые делаются через госпрограммы, экономика сама производит гораздо больше. Те деньги, которые вливает сейчас государство, дополняют экономику, но не меняют полностью ее ландшафт. В следующем году целевые трансферты из Нацфонда не будут привлекаться вообще. То есть мы от использования Нацфонда отходим, полагаемся на бюджет и частные инвестиции.
— Что с нашими амбициозными планами по сокращению доли государства в экономике в три раза к 2020 году, до 15%, как в странах ОЭСР?
— Я прекрасно понимаю, что это необходимо. Более того, мы над этим ежедневно работаем, приватизация идет. На данный момент из более чем 400 тысяч юридических лиц только 6 тысяч предприятий остаются в собственности государства, из них 90% — это предприятия социальной сферы (детские сады, спортивные школы, больницы, поликлиники, роддома, станции переливания крови, организации культуры и т.д.). В этом году еще 140 компаний добавлены в комплексный план приватизации. Это работа точечная, сложная, на микроуровне, и к ней нельзя подходить догматически.
— И последний вопрос — об устойчивости нашей экономики к внешним шокам в целом. Хотелось бы понять, насколько вообще такая маленькая в мировом масштабе и слабо пока диверсифицированная экономика, как наша, способна самостоятельно устанавливать правила игры, контролировать происходящие в ней процессы и защищаться от внешних шоков, учитывая наше географическое да и геополитическое положение и членство в ЕАЭС?
— Что касается ЕАЭС, то мы всегда говорили, что это союз не политический, а сугубо экономический. Поэтому на политические решения, принимаемые нашими партнерами по союзу, мы не можем влиять. Иначе пришлось бы согласиться с тем, что и решения в политической плоскости надо согласовывать и координировать. Баланс между политическим решением и его экономическим последствием тонкий и сложный. Нельзя, однако, говорить, что Россия не делает никаких шагов, чтобы снизить последствия своих политических решений на экономику стран-союзников. Эти вопросы регулярно в Евразийской экономической комиссии (ЕЭК), на совете ЕЭК проговариваются и решаются. Что касается вашего вопроса, можем ли мы вообще быть самостоятельными в нынешней ситуации… Конечно, можем. Если будем развивать сектор услуг, повышать качество человеческого капитала, диверсифицировать свои товарные экспортные позиции, наша устойчивость будет повышаться. Чтобы продать услугу или IT-программу, не нужно везти это через другие страны. Постепенный переход к сервисной экономике снижает наши логистические, транспортные, энергетические зависимости и, соответственно, расширяет возможности. Как и диверсификация экспортных направлений. Мы в этом направлении и движемся. Но делать это надо не любой ценой, а осознанно и обдуманно.

Полный текст
на сайте forbes.kz

TEXT +   TEXT -   Печать Опубликовано : 11.01.18 | Просмотров : 92

Архив материалов
Выбрать год
Выбор месяца
« Янв.2018»
Пн.Вт.Ср.Чт.Пт.Сб.Вс.
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
293031    
 
Новости партнеров

G


"He

Ложь не скроет зло: страшная правда об изгнанных и убитых армянами азербайджанцах

Саргсян заменяет регулярную армию на бандгруппировки

Hans

17 ya

Telefon ekran

Состоялась презентация книги «Президент Азербайджанской Республики Ильхам Алиев об азербайджанской модели мультикультурализма»

M

Az

Точный гороскоп на среду

TIR-la minik ma

400 il

Aliml

Yeni G

С чем Президент Ирана едет в Баку?

"Santa Barbara"n

Bu yollarda h

Азербайджан пригласил ЮНЕСКО присоединиться к мониторингу в оккупированном Карабахе

X

Мужчины пользуются тобой, если ты делаешь эти 12 вещей

Bak

K

Али Керимли снова в привычном образе

 

© 2018 www.azerizv.az. Powered by Danneo

Адрес редакции: г.Баку, ул. Шарифзаде, 3. Телефон для справок: 4973424. Тел./факс: 4973125. E-mail: izvestia@azeurotel.com