Сделать стартовой    Добавить в избранное   Главная   Архив номеров   Пишите нам!  
Разделы
 
Меню
 
Инфо-партнеры


















 
RSS / РСС
 
 


 
 
Обмен кнопками
получить код:
 
Введите слово для поиска :
Люди и судьбы У правды нет срока давности

Указом президента Ильхама Алиева Фархад Атакишиев посмертно удостоен ордена «Азербайджан байрагы»

Уже никто не может сказать, о чем он мечтал. Но все знавшие его были уверены, что Фархад Атакишиев добьется многого. Характер у парня был несгибаемый: убедить его в чем-то при достаточности аргументов было можно, но уж после того, что решил, ходу назад не было. Не из-за амбиций. Просто решение он принимал долго, но навсегда. Его разом оборвавшаяся молодая жизнь тому доказательство. Горькое. Но убедительное.

Элеонора АБАСКУЛИЕВА

Фархад Атакишиев родился в селе Кяркиджахан, неподалеку от Ханкенди. И если бы не карабахская война, вряд ли кто-нибудь помимо жителей окрестных населенных пунктов узнал бы его название. Но для мальчишки, собственными ногами исходившего здесь каждую улочку, бывавшего в каждом доме, помнившего каждую расщелину в горах, все было исполнено глубокого смысла. Хотя тогда, в детстве, он и не думал об окружающем его мире как-то абстрактно, да и пафоса в соответствии с возрастом был лишен начисто. Но придет время, и станет ясно, что песни матери над колыбелью, сказки бабушки, под которые он вырос, мугам, любимый им несказанно, и предания о Кероглу и Джавадхане, услышанные впервые в детстве, не просто хранились в памяти. Они впитались в его кровь и плоть, стали частью души, где накопленное богатство лежало необременительным грузом до поры до времени, пока не придет срок.
А до того он учился. Служил в рядах советской армии в Дальневосточном военном округе, откуда на имя Атакишиевых в Кяркиджахан пришло шесть благодарностей от командования за отличное воспитание сына Фархада. Рахман киши, как всякий отец, гордился им. И еще больше радовался, когда сын поступил в Азербайджанский инженерно-строительный институт (теперь университет) на факультет «строительство автомобильных дорог». Карабахская война уже началась, но Атакишиевы-старшие в глубине души надеялись, что она закончится до того, как Фархад станет инженером. А там, они были уверены, его специальность окажется среди самых востребованных. Однако правду говорят, что наши планы — это способ рассмешить Бога.

Время «Х»

Поселок Кяркиджахан расположен на стратегических высотах, и потому размещенные здесь наши воинские подразделения находились в более выгодных позициях по сравнению с противником. Только и это преимущество, как оказалось, не помогло. И не потому, что мы плохо воевали: просто врагу помогали союзники, гораздо более подготовленные к военным действиям, а азербайджанской национальной армии тогда еще фактически не было. Воевали с оккупантами рядовые необученные солдаты только что созданного Министерства обороны, части самообороны на местах, сформированные из мужского населения, не имеющего оружия, которое можно было раздобыть только в боях, и отряды из добровольцев, пришедших на войну по велению сердца, таких, как Фархад Атакишиев. Узнав о том, что жители покинули Кяркиджахан и что там идут бои, студент первого курса АзИСИ (так тогда назывался его вуз), несмотря на протесты родных и педагогов, вместе с Шиховским батальоном добровольцев ушел на подмогу родному селу.
Его не хотели брать во взвод, оборонявший Кяркиджахан: оружия у студента нет, не военнообязанный, да и ситуация складывалась не лучшим образом. Взводный Мехман Гусейнов все это хорошо осознавал. Но Фархад был настойчив. «Я местный, я здесь все ходы и выходы знаю, — уверял он командира, — и оружие добуду». Он действительно помог вывести из окружения часть людей из соседнего села. Командир предложил ему уйти с ними. Как вспоминают его боевые товарищи — Ариф Исмайлов, Фархад Фархадов, Панах Магеррамов, Айдын Ахмедов, Фархад снова настоял на своем. «Я не могу уйти. Мне будет стыдно», — сказал 20-летний парень и остался. «Я здесь каждую кочку знаю, я буду полезным», — убеждал он ребят. Ребята не могут забыть, как удивлялись тогда тому, что, кого ни спроси из бойцов, с кем дежурил ночью, окажется с Фархадом. Тот практически не спал ночами.
Тот трехдневный бой в конце декабря 1991 года стал для него единственным. Взвод стоял до конца. Три дня. Без перерыва. Подбирались к вражескому посту, дорогу к которому находил Фархад, вступали в короткий бой, захватывали оружие и шли дальше, пытаясь выйти из окружения. Превосходящие силы противника понесли значительные потери, но у оборонявших поселок положение с каждой минутой становилось все сложней. Панах Магеррамов рассказывает о том последнем бое: «Самыми тяжелыми были последние пять часов, кончились боеприпасы. Нас было 22 человека против трех сотен врагов. Не знали, что делать дальше. Армяне начали забрасывать нас ручными гранатами». Другие вспоминают, как нос нельзя было высунуть — такой обрушивался дождь из пуль. Девять раненых добровольцев враги взяли в плен. Среди них был и Фархад, потерявший сознание от потери крови. Всех отвезли в Ханкенди. Так начался его путь на Голгофу.

«Пусть умру я —
мне на смену встанет
мой Азербайджан!»


Сразу отмечу, что материалы о том, как Фархад Атакишиев вел себя в плену, собраны со слов очевидцев, тех, кто сидел в тюрьме в Ханкенди в соседних камерах, кто слышал, как его допрашивали и пытали. Абдулазим Мамедов, которого армяне, посчитав мертвым, вернули в гробу одновременно с останками Атакишиева, рассказал о том, что он слышал из соседней камеры. Фархада спрашивали: «Кто командир? Назови фамилию!». Фархад не молчал: «Даже если порежете на кусочки — не скажу!». «Карабах чей? Кяркиджахан чей?». «Азербайджана. Был, есть и будет азербайджанский».
Он отказался от еды. Армяне заставили его есть землю. И он ел. Свою землю. Ему говорили: «Скажи, Карабах принадлежит армянам, и мы оставим тебя в покое». А он кричал: «Нет! Азербайджану».
Можно представить, как бесились враги. Крик (у врагов — от бессилия, у Фархада — от боли) разносился по всей тюрьме. Его пытали не для того, чтобы что-то узнать. Скорее просто мучили, мстили — за мужество, твердость, преданность родной земле. Панах Магеррамов рассказывает, как тряслась батарея отопления в его камере от того, что в соседней Фархада били головой о соединенную с ней такую же батарею. И снова пытали — кололи острыми предметами, били цепями по рукам, ногам, шее. В заключении судебно-медицинской экспертизы останков Фархада Атакишиева в агдамском военном госпитале подробно приводятся все факты издевательств и пыток, которым подвергался 20-летний парень. Приведем лишь две цитаты. «Характер повреждений, обнаруженных в ходе обследования трупа Ф.Атакишиева, показывает, что они нанесены различными предметами — тупыми инструментами и орудиями различных размеров и форм до наступления смерти в разное время и с различной силой и являются следствием, самое меньшее, 72 ударов». И вторая. «Раны нанесены — одни за 5-7 дней, другие — 3-5, третьи –1-2 дня до смерти». 25 января 1992 года его убили на глазах у товарищей. Из плена Фархад сумел послать родным лишь одно письмо, написанное 5 января 1992 года. Его передала российская журналистка Галина Ковалевская, побывавшая в январе 1992-го в ханкендинской тюрьме. «Скажите маме, чтобы не беспокоилась. И сам будь тверд (отцу. — Ред.). Не беспокойтесь, все будет хорошо с божьей помощью». (Это дважды — в начале и в конце письма. Зная, что его ждет, пытался успокоить родных. — Ред.).
Впервые эти факты героической жизни были обнародованы несколько лет назад. На встрече в теперь уже Азербайджанском инженерно-строительном университете о его студенте Фархаде Атакишиеве рассказали сотрудники Госкомиссии по делам военнопленных, заложников и пропавших без вести МНБ. Тогда же о нем впервые услышал старший референт рабочей группы комиссии Алтай Сафаров. Потрясенный услышанным, он сначала написал стихи, посвященные герою, из которых приведем лишь одну строфу, переведенную на русский язык и ставшую основой будущего фильма:
Карабаха быть агою не тебе был жребий дан. / Пусть умру я — мне на смену встанет мой Азербайджан! / Из сынов его бесстрашных смена новая грядет, / Что на горные вершины с флагом Родины взойдет!
Потом родилась идея сделать документальный фильм. Назвали его «Азербайджан — это Карабах». Сценаристом и режиссером-постановщиком стал Эльхан Джафаров.

Посмертная слава

О том, каким получился фильм, надо говорить отдельно. Рассказанное в нем о Фархаде товарищами и очевидцами его подвига настолько потрясает, что оценивать художественные достоинства ленты не приходит в голову. Но спасибо сказать надо всем. В первую очередь сотрудникам рабочей группы, разглядевшим среди тысяч скорбных показаний людей, побывавших в армянском плену, эту неординарную историю и взявшим на себя смелость не только обнародовать ее, но и довести дело до логического завершения. Понятно, что для награждения человека, погибшего в плену, необходимо было представить веские доказательства. И они были собраны. Шахин Саилов, секретарь госкомиссии, как бы в ответ на упреки тех, кто, узнав о судьбе Фархада, считает, что соотечественники уже давно должны были узнать о нем, размышляет вслух. «Мне кажется, что есть объективные и субъективные причины того, что это произошло только сейчас. Какими были 90-е годы, знают те, кто их пережил, а молодое поколение — из учебников. Не до раздачи пряников было. Это во-первых. Во-вторых, согласитесь, рецидивы совкового сознания свойственны даже молодым, уже не рожденным в СССР. «Как, сдался врагу, что делал в плену? Может, выдал товарищей? И что у нас мало настоящих героев, погибших в открытом бою?» — есть и такой подход. И в-третьих. Вернувшиеся из плена, естественно, дают показания, рассказывают о том, что с ними было, что знают о других наших соотечественниках, как кто вел себя, что делал. На войне, как говорится, как на войне. Все может быть и бывает. Поэтому так медленно, на первый взгляд, уточняются списки пропавших без вести, погибших, находящихся в плену. Большая неприметная для общества работа, требующая не только физических, но и моральных сил. Вот вам и ответ».
Армяне, узнавшие из нашей прессы о Фархаде, объявили всю историю идеологическим клише, сработанным по советским меркам. Но для того не понадобилось бы столько времени. Делать агитку не хотели ни сотрудники рабочей группы госкомиссии, ни авторы фильма, ни все те, кто им помогал, — кинокомпания «Синеальянс» и ее глава Алиага Мамедов, известные в стране деятели культуры — Алим Гасымов, Расим Балаев, Мехрибан Зека и десятки других артистов, благодаря которым состоялся этот фильм.
У правды нет срока давности. Она нужна всегда. И прежде всего нам, живым. Это мы должны знать, что человек способен и на высокую степень самопожертвования, и на низость. Определяет одно — во имя чего. Себя или Родины. Фархад Атакишиев знал ответ на этот вопрос. Указом президента Ильхама Алиева Фархад Атакишиев удостоен посмертно ордена «Азербайджан байрагы».
TEXT +   TEXT -   Печать Опубликовано : 14.11.09 | Просмотров : 8991

Архив материалов
Выбрать год
Выбор месяца
« Ноя.2017»
Пн.Вт.Ср.Чт.Пт.Сб.Вс.
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930   
 
Новости партнеров
 

© 2017 www.azerizv.az. Powered by Danneo

Адрес редакции: г.Баку, ул. Шарифзаде, 3. Телефон для справок: 4973424. Тел./факс: 4973125. E-mail: izvestia@azeurotel.com