Известно, что талант не зароешь в землю, стоит только обнаружить его. Ну а дальше самое сложное — воспользоваться выпавшим шансом. Но как добиться успеха, если проявился талант не с пеленок, а уже в довольно взрослом возрасте? Об этом с молодым, но уже громко заявившим о себе вокалистом, лауреатом международных конкурсов Джавидом САМЕДОВЫМ беседовала корреспондент «Азербайджанских известий» Лала АМИРБЕКОВА.


— Джавид, насколько мне известно, до 18 лет вы музыке не учились. А что случилось потом?
— Не поверите, но наличие у себя голоса я обнаружил благодаря Муслиму Магомаеву. Мне было пятнадцать, когда я услышал по телевидению выступление Муслима Магомедовича, исполняющего песню «Весенний край». И тоже запел. И вдруг, услышав себя, не поверил, что спел это я. Пошел в консерваторию на прослушивание. Мне посоветовали подготовиться и поступать на вокальное отделение. Я много работал над собой и продолжаю работать, при поддержке Фонда Гейдара Алиева и Министерства культуры и туризма учусь в Италии, в академии города Озимо.
— Но потом произошло и очное знакомство с Муслимом Магомаевым?
— В 2006-м я, при содействии Министерства культуры и туризма, поехал в Москву, на стажировку в Центр оперного пения Галины Вишневской. Однажды на мой телефон поступил звонок, я взял трубку и очень удивился — со мной говорил сам Муслим Магомаев! Оказалось, обо мне ему рассказала Галина Вишневская, мол, есть у нас молодой баритон из Баку, послушай его. Муслим Магомедович спросил: «Знаете, где я живу?». Конечно, я знал. Он назначил время, принял меня, мы поговорили. Потом он сел за рояль, так как хотел послушать, как я пою. Я спросил: «Муслим Магомедович, можно я буду петь песню «Весенний край», на что он ответил: «Не можно, а нужно!». Его супруга, Тамара Синявская, записала все на видеокамеру. Не знаю, наверное, во второй раз так, как тогда, исполнить эту песню я уже не смогу. Энергетика игры Муслима Магомедовича была невероятно волнующей, он играл на рояле, как не сыграет целый оркестр. Мне тогда было восемнадцать, я и представить не мог, что такое может произойти со мной. Очень дорожу этим воспоминанием.
— Кстати, на II Международном фестивале в Габале вы закрывали концертную программу фестиваля песней «Весенний край». Насколько волнительно петь в такой ситуации, к тому же в присутствии президента Азербайджана?
— Очень трудно и очень волнительно! Вообще, к слову сказать, фестиваль был прекрасно организован, в прессе уже писали о том, что были приглашены выдающиеся исполнители и известные музыкальные коллективы, за это спасибо Фонду Гейдара Алиева. На прошлом фестивале, 17 августа, в день рождения Муслима Магомаева, все концерты были посвящены его памяти. В этом году, на закрытии фестиваля, в зале присутствовали президент Ильхам Алиев, первая леди Азербайджана, посол доброй воли ЮНЕСКО и ИСЕСКО Мехрибан Алиева, а также генеральный директор ЮНЕСКО Ирина Бокова. На сцене играл Лондонский королевский симфонический оркестр. И снова звучала песня Магомаева, песня «Весенний край».
— Вы продолжаете учиться в Италии?
— Да, как я уже говорил, год я проучился в Москве. Потом вернулся в Баку и принял участие в Международном конкурсе вокалистов имени Бюль-Бюля, на котором занял 1-е место. Жюри конкурса решило, что я должен продолжить образование в Италии, и при организационной и финансовой поддержке Фонда Гейдара Алиева и Министерства культуры и туризма поступил в музыкальную академию города Озимо, это очень известная академия в Италии, где я учусь уже два года. В первый год меня пригласили в город Гоббио. Там, в театре, история которого насчитывает две тысячи лет, состоялся мой европейский дебют — я пел в опере Гаэтано Доницетти «Любовный напиток». Помимо того не раз получал приглашения на участие в различных конкурсах и фестивалях, но ехать не решался. Все-таки дом — это одно, а там, когда в зале тысяча человек и ты никого не знаешь, это совсем другое. Но вот совсем недавно меня пригласили на конкурс имени Розы Понсель, и я согласился. Конкурс длился десять дней, в нем принимали участие более трехсот конкурсантов. Я занял первое место и получил золотую медаль. Только после этого я позвонил в Баку, домой, и сообщил о конкурсе и о победе Азербайджана на нем.
— Поделитесь творческими планами…
— Скажу откровенно — не люблю делиться планами, предпочитаю рассказывать об уже свершившемся, будь то победы или поражения (улыбается). Скажу только, что буквально на днях поступил в Музыкальную академию имени дель Монако и Ренаты Тебальди в итальянском городе Пезаро, на родине Россини.
— Вы говорили о неуверенности, почему?
— Ну, всякое бывает. Волнение, напряжение, уровень ответственности — все сказывается на пении, и когда ты выступаешь в театре, и уже тем более, когда участвуешь в конкурсе. Я задавал этот вопрос и Вишневской, и Магомаеву, волнуются ли они перед выступлением? Они улыбались и говорили — волнуемся, да еще как! А ведь они — выдающиеся мастера, и для них ошибиться на сцене гораздо более серьезно, чем для меня. Впрочем, если бы Магомаев где-нибудь и ошибся — этого бы никто не заметил! Он был выдающимся мастером. Песню «Вдоль по Питерской», мне думается, ни один русский не исполнял так, как он. Поэтому всегда говорю — второго Магомаева искать не нужно. Он был и остается единственным.